В Вифлиеме, на Ближнем Востоке
Нам на радость младенец родился.
И пришли мудрецы и пророки,
И во славу Христа стар и мал поклонился.
Быстро весть разнеслась по округе,
Но не каждый был рад этой вести.
От волненья боялись друг друга
Ирод - царь же хотел Богу мести.
Разве может, кто с Богом сразиться?
С высочайшим Великим Творцом,
Неужели ты в пламя желаешь скатиться?
Или быть под опекой с любимым Отцом?
И сегодня быть может последний твой шанс
Спасти грешную душу, ты только решись.
Прими Господа в сердце, покайся в грехах
От души помолись, на слова не скупись.
Леокадия Янкаускене,
Литва
Родилась и живу в Литве. С детства посещала католическую церковь и считала себя верующей. Но только, когда приняла в своё сердце Иисуса, как своего Спасителя, почувствовала огромную разницу, что значит быть верующей. Сердце наполнилось такой теплотой и радостью, что мне захотелось писать стихи. Слава Господу за Его милость! Мир вам дорогие дети Божьи! e-mail автора:liodia@rambler.ru
Прочитано 10349 раз. Голосов 2. Средняя оценка: 4
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
